Текст песни
Текст песни: В землянке тесной, в тишине глухой
Где лампа-гильза свет дрожащий лила
Дед говорил, седой и чуть живой
О днях, когда судьба его носила
Он не просил себе вниманья зал
Он просто тихо память ворошил
И я, мальчишка, рядом замирал
Вдыхая дымный дух его души
Когда еще земля была тепла
И пахла хлебом, скошенной травой
В его края нежданная пришла
Беда с чужою речью и пальбой
Он вспоминал не подвиг, не парад
А глину на разбитых сапогах
И первый бой, и пулеметный град
И друга, что остался в лопухах
Была весна, – шептал он, – и сирень
Цвела назло разрывам и огню
И мы поднялись в полный рост в тот день
В кромешный ад, в сплошную западню
Потом замолк, смотря на огонёк
И в этом взгляде стыла синева
Дорог, что он прошёл наискосок
И выжил просто чудом, не слова
Он говорил про голод и про дрожь
В сырых окопах, вырытых на треть
Про хлеба тот заветный медный грош
Который было страшно даже съесть
Там, у берлинских выжженных ворот
На серых камнях, в копоти и мгле
Он написал обломком слово - Год
Что стал последним на большой войне
И не о славе думал в этот миг
А о простом – увидеть отчий дом
Где ждёт крыльцо, и слышен птичий крик
И мать стоит с нетронутым платком
Старик умолк. Лишь лампа на столе
Как часовой, качала язычком
Он рассказал мне всё о той земле
Где каждый камень был ему знаком
Он научил, не назидая, жить
Любить рассвет и слышать звон ручья
И памятью погибших дорожить
За них вдыхая воздух бытия
Где лампа-гильза свет дрожащий лила
Дед говорил, седой и чуть живой
О днях, когда судьба его носила
Он не просил себе вниманья зал
Он просто тихо память ворошил
И я, мальчишка, рядом замирал
Вдыхая дымный дух его души
Когда еще земля была тепла
И пахла хлебом, скошенной травой
В его края нежданная пришла
Беда с чужою речью и пальбой
Он вспоминал не подвиг, не парад
А глину на разбитых сапогах
И первый бой, и пулеметный град
И друга, что остался в лопухах
Была весна, – шептал он, – и сирень
Цвела назло разрывам и огню
И мы поднялись в полный рост в тот день
В кромешный ад, в сплошную западню
Потом замолк, смотря на огонёк
И в этом взгляде стыла синева
Дорог, что он прошёл наискосок
И выжил просто чудом, не слова
Он говорил про голод и про дрожь
В сырых окопах, вырытых на треть
Про хлеба тот заветный медный грош
Который было страшно даже съесть
Там, у берлинских выжженных ворот
На серых камнях, в копоти и мгле
Он написал обломком слово - Год
Что стал последним на большой войне
И не о славе думал в этот миг
А о простом – увидеть отчий дом
Где ждёт крыльцо, и слышен птичий крик
И мать стоит с нетронутым платком
Старик умолк. Лишь лампа на столе
Как часовой, качала язычком
Он рассказал мне всё о той земле
Где каждый камень был ему знаком
Он научил, не назидая, жить
Любить рассвет и слышать звон ручья
И памятью погибших дорожить
За них вдыхая воздух бытия
Комментарии
Комментариев пока нет