Трек
Кассетный - Батя, я стал тобой
Альбомы:
Исполнители: 
Текст песни
Текст песни: Поймал себя в зеркале — батин прищур, батина спина,
Та же складка у рта, что мне в детстве казалась злой.
Она — Не злость, теперь я знаю.
Это усталость, спрессованная в год,
Это когда несёшь семью и молчишь, что тяжело.
И так — весь род.
Я клялся, что не буду как он: молчаливый, закрытый, стальной,
А сам сижу на кухне ночью один — со своей тишиной.
Сын подошёл спросить про футбол — я буркнул: «Потом, устал».
И услышал в этом «потом» голос бати. И внутри — обвал.
Батя, я стал тобой — не заметил, как это вышло.
Те же руки, тот же молчок, та же боль — неслышно.
Позвонить бы тебе, сказать не «как дела», а «спасибо. и прости».
Пока гудки ещё живые.
Пока есть кому идти.
Ему семьдесят два.
Он всё чинит свой старый «жигуль» в гараже,
Хотя врач сказал — сердце.
Но батю не лечат уже —
Его держит не корвалол, а чтоб руки были при деле.
Мы с ним за жизнь говорили дважды.
Оба раза — не о том, что болело.
В две тысячи двадцать шестом я умею платить, терпеть, везти,
Но не умею обнять отца и сказать простое «прости».
Этому нас не учили — ни двор, ни школа, ни жизнь.
Учили держаться.
Вот и держимся.
Каждый — за свой карниз.
Батя, я стал тобой — не заметил, как это вышло.
Те же руки, тот же молчок, та же боль — неслышно.
Позвонить бы тебе, сказать не «как дела», а «спасибо. и прости».
Пока гудки ещё живые.
Пока есть кому идти.
А время — оно не жёсткое, оно просто честное, брат:
Оно заберёт его молча.
И не вернёт назад.
Батя, я стал тобой — и, может, это не страшно.
Те же руки — но я научусь говорить.
Это важно.
Сегодня наберу, скажу не «как дела», а «спасибо. и прости».
Пока гудки ещё живые.
Пока есть кому идти.
Та же складка у рта, что мне в детстве казалась злой.
Она — Не злость, теперь я знаю.
Это усталость, спрессованная в год,
Это когда несёшь семью и молчишь, что тяжело.
И так — весь род.
Я клялся, что не буду как он: молчаливый, закрытый, стальной,
А сам сижу на кухне ночью один — со своей тишиной.
Сын подошёл спросить про футбол — я буркнул: «Потом, устал».
И услышал в этом «потом» голос бати. И внутри — обвал.
Батя, я стал тобой — не заметил, как это вышло.
Те же руки, тот же молчок, та же боль — неслышно.
Позвонить бы тебе, сказать не «как дела», а «спасибо. и прости».
Пока гудки ещё живые.
Пока есть кому идти.
Ему семьдесят два.
Он всё чинит свой старый «жигуль» в гараже,
Хотя врач сказал — сердце.
Но батю не лечат уже —
Его держит не корвалол, а чтоб руки были при деле.
Мы с ним за жизнь говорили дважды.
Оба раза — не о том, что болело.
В две тысячи двадцать шестом я умею платить, терпеть, везти,
Но не умею обнять отца и сказать простое «прости».
Этому нас не учили — ни двор, ни школа, ни жизнь.
Учили держаться.
Вот и держимся.
Каждый — за свой карниз.
Батя, я стал тобой — не заметил, как это вышло.
Те же руки, тот же молчок, та же боль — неслышно.
Позвонить бы тебе, сказать не «как дела», а «спасибо. и прости».
Пока гудки ещё живые.
Пока есть кому идти.
А время — оно не жёсткое, оно просто честное, брат:
Оно заберёт его молча.
И не вернёт назад.
Батя, я стал тобой — и, может, это не страшно.
Те же руки — но я научусь говорить.
Это важно.
Сегодня наберу, скажу не «как дела», а «спасибо. и прости».
Пока гудки ещё живые.
Пока есть кому идти.
Комментарии
Комментариев пока нет