Трек
Кассетный - Пятница
Альбомы:
Исполнители: 
Текст песни
Текст песни: Пятница, семь вечера — гараж, мужики, стол из ящика,
Здесь наш клуб анонимных держащихся, зал настоящего.
Первая — молча.
Вторая — «за тех, кого нет».
А после третьей
Начинается то, зачем мы здесь: мы разговариваем.
Дети, жёны, начальство, страна, спина — всё, что копили неделю,
Здесь можно сказать «я устал» — и никто не спросит: «В самом деле? Ты ж мужик».
Здесь все мужики.
Поэтому все и молчали
До третьей.
Стакан — наш психолог.
Приём по пятницам.
В печали.
Пятница — единственный день, когда нам можно живьём,
Мы не пьём, чтобы забыться, — мы, чтоб поговорить, пьём.
Только это плохой переводчик — стакан, и цена высока:
Он слова достаёт из сердца, а годы — из мужика.
Батя мой так же лечился — гараж,
«Жигули», разговоры, Долечился к шестидесяти.
Теперь я хожу в те же створы,
Тот же ритуал, та же тара — династия, блин, традиция:
Русский мужик не плачет — он наливает.
И это граница,
Которую я всё вижу и всё никак не могу перейти.
Попробовал раз сказать трезвым Саньку: «Тяжко мне, прости», —
Он растерялся, как будто я по-китайски заговорил,
Потом налил.
Автоматически.
Так нас код прошил.
Пятница — единственный день, когда нам можно живьём,
Мы не пьём, чтобы забыться, — мы, чтоб поговорить, пьём.
Только это плохой переводчик — стакан, и цена высока:
Он слова достаёт из сердца, а годы — из мужика.
А что, если в пятницу — просто чай?
Смешно.
А ты не смейся.
Санёк вчера сам предложил.
Сказал: «Попробуем. Взвесься только сначала, — ржёт, — психолог».
Ржём. А глаза — серьёзные.
Пятница — пусть остаётся днём, когда нам можно живьём,
Только пусть переводчиком буду я сам, а не то, что мы пьём.
Слова из сердца достанем сами — вот и вся недолга́.
Гараж, мужики и правда.
И целые года́.
Здесь наш клуб анонимных держащихся, зал настоящего.
Первая — молча.
Вторая — «за тех, кого нет».
А после третьей
Начинается то, зачем мы здесь: мы разговариваем.
Дети, жёны, начальство, страна, спина — всё, что копили неделю,
Здесь можно сказать «я устал» — и никто не спросит: «В самом деле? Ты ж мужик».
Здесь все мужики.
Поэтому все и молчали
До третьей.
Стакан — наш психолог.
Приём по пятницам.
В печали.
Пятница — единственный день, когда нам можно живьём,
Мы не пьём, чтобы забыться, — мы, чтоб поговорить, пьём.
Только это плохой переводчик — стакан, и цена высока:
Он слова достаёт из сердца, а годы — из мужика.
Батя мой так же лечился — гараж,
«Жигули», разговоры, Долечился к шестидесяти.
Теперь я хожу в те же створы,
Тот же ритуал, та же тара — династия, блин, традиция:
Русский мужик не плачет — он наливает.
И это граница,
Которую я всё вижу и всё никак не могу перейти.
Попробовал раз сказать трезвым Саньку: «Тяжко мне, прости», —
Он растерялся, как будто я по-китайски заговорил,
Потом налил.
Автоматически.
Так нас код прошил.
Пятница — единственный день, когда нам можно живьём,
Мы не пьём, чтобы забыться, — мы, чтоб поговорить, пьём.
Только это плохой переводчик — стакан, и цена высока:
Он слова достаёт из сердца, а годы — из мужика.
А что, если в пятницу — просто чай?
Смешно.
А ты не смейся.
Санёк вчера сам предложил.
Сказал: «Попробуем. Взвесься только сначала, — ржёт, — психолог».
Ржём. А глаза — серьёзные.
Пятница — пусть остаётся днём, когда нам можно живьём,
Только пусть переводчиком буду я сам, а не то, что мы пьём.
Слова из сердца достанем сами — вот и вся недолга́.
Гараж, мужики и правда.
И целые года́.
Комментарии
Комментариев пока нет